Национальная идея Беларуси

При изучении ситуации в современной Белоруссии обнаруживаешь некоторую странность: внешне страна имеет все атрибуты независимого государства: флаг и герб, конституцию и национальную валюту, вооружённые силы и службу безопасности; однако с национальной идеей всё как-то не складывается.

Нет, попытки преодолеть идеологический вакуум, естественно принимались: например бывший лидер «Молодого Фронта» Павел Северинец в своё время выдвинул тезис: «Белорусская национальная идея — это Иисус Христос, который говорит по-белорусски!» Данный перл проник даже в статью в Википедии о данном персонаже, и, по сути, является примером бесстыдного плагиата – ещё в конце 80-х. украинские «коллеги» оного деятеля на полном серьёзе полагали, что «Иисус Христос всё — таки родился на Галичине».

Если же отбросить эти, и подобные ему измышления, то наиболее распространённая версия белорусской национальной идеи формулируется так: «построение сильной и процветающей Беларуси» — именно эта фраза кочует из статьи в статью — из реферата в реферат. И почти всегда к ней добавляется приписка — «на основе независимости, стабильности, и благосостояния».
Не знаю как вам, друзья, но мне это здорово напоминает религиозные рвения ортодоксальных христиан: «Усердно молись – и попадёшь в Царство Божье!». Согласитесь — ну, уж очень похоже!

Во всём виноваты белорусские поляки или ополяченные белорусы?

Главная проблема большей части революционеров всех времён и народов – это то, что основные свои усилия они тратят исключительно на свержение правящего режима, и, когда, наконец, дорываются до власти, то сразу превращаются в идейных банкротов. Как построить новое, и, обязательно, «справедливое» общество они совершенно не представляют — ибо их головы, на поверку, оказываются, забиты старыми стереотипами, примитивными догмами и прочим бредом. Именно поэтому, сразу после «революций» обязательно происходят как всплеск неоправданной жестокости, так и удивительные шатания из стороны в сторону.

Якобинцы, провозгласившие «свободу, равенство и братство», изобрели гильотину, организовали революционный террор – в итоге, страна потом надолго вернулась к монархии. Большевики, после Октябрьского переворота, «изобрели» ЧК и части особого назначения, развязали террор, но на сей раз «красный», но кончили, как и предшественники: страна вернулась к старому и доброму капитализму, стыдливо замаскированному под названием «Новой экономическая политика».

К сожалению, белорусские оппозиционеры, в этом смысле мало чем отличаются от иных ниспровергателей «старого мира». В их активе есть критика «режима», его политической системы и экономической модели — часто действительно объективная, а в пассиве — иллюзии, что стоит взять за образец государственность какой-либо западноевропейской страны и учредить характерные для нее политические структуры в Беларуси, все проблемы решаться сами собой. Ибо «мистер Рынок» волшебным образом всё расставит на свои места. Тем самым игнорируется как опыт самой Беларуси до 1995 года, так и иных соседних стран.

Их видение национальной идеи как «Беларусь – это Европа», лишь очередное заимствование у украинских «единомышленников». Что немудрено: при личных контактах с этими лицами, часто c нетипичной для белорусов внешностью и с не самыми распространёнными в Белоруссии фамилиями, создаётся впечатление, что это — не представители белорусского народа, а некий, пограничный субэтнос между белорусами и их польскими и литовским соседями. Если данная авторская гипотеза верна, то это объясняет, почему белорусское население постоянно отказывает этим персонажам в доверии, несмотря на периодические и весьма значительные трудности в экономике: просто в оппозиционерах видят чужаков.

Но и это ещё не всё: среди белорусов есть ещё одни странные люди, представители так называемой интеллигенции, формально лояльные к правящему режиму. Кажется, что данный народец существует в неком измерении, причём, весьма отличном от нашего мира – даже кратко и информативно сформулировать свою национальную идею ему явно не по силам, например, как: Москва – третий Рим, Объединённая Германия, Русский Мир. У минских же «мудрецов» получились какие-то длиннющие и маловыразительные письмена…

Москва – это третий Рим, а Минск – вторая Прага?

Для проницательного исследователя современной Беларуси, абсолютно очевидно, что после 1995 года страна, по сути дела, пошла на «второй круг» в деле «построения» социализма. И, происходящее в ней, напоминает послевоенные события в СССР, разумеется, в более локальном по пространству и сжатому по времени варианте.

Беларусь 1995-2005 годов – это СССР позднего Хрущева и раннего Брежнева с высокими темпами развития и иными достижениями. Сейчас же республика переживает аналог советского позднего «застоя» — война на Донбассе и связанные с ней проблемы в российской экономике только ускорили протекания негативных процессов в белорусском обществе. И не более – как и в случае с СССР, экстенсивное развитие экономики уже просто достигло своего «пика».

А посему, если и дальше применять метод аналогии, то с большой степени вероятности можно спрогнозировать два возможных варианта развития событий в этой стране. Эволюционная модернизация белорусского общества всё — таки произойдёт – это аналог советских 1982-1984 годов, когда были предприняты попытки что-либо изменить, не ломая всё «до основания – а затем» или вторая «перестройка» неизбежна – со всеми негативными последствиями. Рассмотрим возможности для манёвра в последнем, без всяких сомнений, более неблагоприятном случае — ибо отсрочка в проведении преобразований скажется обязательно.

В своей статье «Лукашенко vs. оппозиция: единство и борьба противоположностей?» я уже писал, что аналогом Беларуси в ЕС будут не Польша или Литва – на опыт реформ в коих пытаются опереться белорусские оппозиционеры, — а более успешные страны – Чехия, Словакия и Словения. Вообще – то, есть и ещё одна подобная «территория» – Латвия. Но рижская «хунта», в отличие от руководителей «троицы», модернизацию своей страны позорно провалила и теперь эта республика бывшего СССР – среди главных аутсайдеров объединённой Европы.

Также я упоминал, что во главу угла успешных реформ в трёх вышеупомянутых странах было поставлено не ускоренное внедрение демократических институтов и абстрактных монетаристских схем, а умение договариваться с потенциальными спонсорами – сильными державами – Италией и ФРГ. В статье были перебраны все возможные кандидаты на роль пусть и гипотетического, но покровителя «демократической» Беларуси, и сделано допущение, что таковых не имеется. Польша с Литвой – сравнительно экономически слабые страны, в случае с Францией, Италией и Великобританией – в дело вступает географический фактор, США уже не хочет плодить себе новых конкурентов, а ФРГ волнуют иные заботы. Кроме того, в общении с Германией, Белоруссии вполне может «аукнуться» её слишком активное партизанское прошлое. В своей массе немцы – то, поверьте мне, люди очень злопамятные.

Но, несколько месяцев, прошедших после написания статьи, изменили ситуацию: Греция уже окончательно банкрот, некоторые страны ЕС, очевидно, что последуют за ней; наращивать до бесконечности производство в сфере услуг оказалось невозможно – и в Европе всерьёз заговорили о неизбежности ре-индустриализации.

Но, в большинстве тамошних стран промышленность уже «эмигрировала» в регионы с более дешевой рабочей силой, что даёт проблемной, но промышленно-развитой Беларуси шанс – и, причём немалый.

А вот где взять для Белоруссии нового Вацлава Гавела — это вопрос уже иной.

Контрэлита, как «внутренняя» оппозиции и последняя надежда режима?

По моему глубокому убеждению, правящая белорусская элита в вопросе о сохранении власти и влияния внутри страны основательно «перестаралась» – белорусское КГБ так активно «работало» с противниками режима, что жизнеспособной конструктивной оппозиции так не сложилось, ибо её превратили в пугало для колеблющегося избирателя. И когда основной белорусский «цивилизационный» проект стал пробуксовывать, близкой по идеологии альтернативы у Минска в наличии не оказалось.

Или дальнейшая стагнация или «перестройка – 2» со значительной вероятностью хаоса – для правящей группировки третий путь пока не просматривается. Хотя бы по той причине, что некому его воплощать в жизнь.

Тем не менее, выход, из этой, весьма непростой ситуации всё-таки есть. Из теории ротации элит следует, что контрэлита может сформироваться не только в виде внешней оппозиционной силы, но, и как фракция внутри правящего класса. Например, как группа аполитичных технократов, или в виде технического правительства, сформированного для решения неких узкоспециализированных задач на ограниченный период времени.

Данная фракция может быть усилена методом кооптации отдельных людей из неэлиты, которым ранее доступ в высшие круги общества был невозможен. Так, пару лет назад китайским миллионерам и миллиардерам разрешили вступать в КПК – Мао Цзэдун, возможно, от этого до сих пор переворачивается в гробу.

Возможно и использование «варягов». Нынешние киевские власти вынуждены использовать грузинских технократов из команды Саакашвили, ибо некоторых специалистов с необходимым опытом на Украине попросту нет.

В Белоруссии, «отделаться» только техническим правительством уже не получится – преобразования предстоят длительные и фундаментальные. Без серьёзной политической поддержки со стороны части правящего класса и значительного сегмента «электората» их не провести. Лукашенковсё — таки придётся отдать часть власти – несмотря на возрастание политических рисков — или рано или поздно потерять всю. Пример Януковичапоказывает, что это вполне реально.

Два ключевых момента данных реформ, на мой взгляд, заключаются в финансовой стабилизации, включая, приведение в порядок баланса внешней торговли, и в кадровом вопросе.
Неэффективная работа белорусской промышленности, о чём любит напоминать либеральная оппозиция, является следствием вышеперечисленных факторов. Кстати, в соседней Польше, где «окопалось» значительная часть противников режима, большая часть промышленности даже более устаревшая, чем в Беларуси. В глубинке встречается вообще антиквариат 40-50-х., особенно в строительной сфере, — и ничего – заводы работают! Конкурентоспособность польской продукции обеспечивается сравнительно низкой зарплатой поляков и наличием рынка сбыта – из Китая в Европу есть смысл везти телевизоры, автомобили, компьютеры и солнечные батареи, но не строительный песок, цемент, кирпичи или черепицу!

Низкая конкурентоспособность белорусских товаров заключается не в среднем качестве изделий, а в высокой цене — они слишком дороги для внешних рынков. Ещё один важнейший момент – чего — либо уникального, инновационного в перечне белорусских товаров найти трудно — модернизация по–белоруски в первый очередь заключается в подражании, как и в отсталых странах Африки и Азии. Тем самым была нарушена преемственность с прежними временами – в СССР старались не только «по-обезьяньи» «слямзить» что – либо у «буржуинов», но и возглавить научно – технический прогресс. Поэтому, недаром, тогда БЕЛАЗ и захватил более половины мирового рынка карьерных самосвалов.

Вот, мы и подошли к кадровому вопросу. В своей вышеупомянутой статье я писал об очень плохом, даже безобразном стратегическом планировании при принятии решений властными структурами Беларуси. Если стратегические направления развития страны официальным Минском выбирается правильно, то со сроками принятия решений и их выполнением – постоянные опоздания.

Классический пример – внедрение энергосберегающих технологий в стране началось не в 90-х., когда они появились, а только с 2010-х. Или — ядерную энергетику нужно было развивать с 2000 года, и не тратить целое десятилетие на излечение населения от «нуклеофобии». В итоге, Беларусь получила бы действующую электростанцию уже сейчас, и не в 2018 году.

И так во всём – как и у украинских «коллег», белорусские власти явно испытывают дефицит толковых кадров. Апологеты либеральной идеи сразу вспоминают социолога Питирима Сорокина, восхвалявшего высокую социальную мобильность в США, в результате которой многие талантливые люди из «низов» оказываются на вершине социальной пирамиды Америке. Но это не единственно возможное решение – жёсткие авторитарные режимы также могут проводить успешные модернизации подконтрольных стран на основе не менее успешной кадровых решений. Вспомним хотя – бы «птенцов гнезда Петрова», или сталинских «выдвиженцев» — так что теоретический и практических задел в проведении реформ административными методами у Беларуси есть.

И не нужно думать, что подобное в нынешнюю эпоху никто не совершал! В своей статье я попытался провести параллели между Белоруссией «бацьки» Лукашенкo и Южной Кореей диктатора и очень успешного реформатора Пак Чон Хи. Аналогии не получилось — в Беларуси оказалось «слишком много» демократии.

Но есть и другой пример — реформирование послевоенной Японии генералом Макартуром. Кстати, даже либералы признают, что проводимые им преобразования можно назвать «условно – демократическими». Японские монополии — «дзайбацу», которые по степени своей бюрократизации могли даже соперничать с Госпланом СССР, тогда были ликвидированы, также были проведены реформы: аграрная, образовательной и политической систем.

Многим это не нравилось – за головой генерал даже отправили знаменитых нинзей – лишь отличная организация охраны спасла смелого реформатора. Мораль истории такова – промышленные монстры Японии вскоре возродились под названием концернов – их структура изменилась, а работа стала намного эффективней, и теперь страна уже которое десятилетие – один мировых лидеров.

Таким образом, несмотря на всю серьёзность нынешнего кризиса, Беларусь имеет пару реальных возможностей для его преодоления. А вот сможет ли страна этим воспользоваться – будущее покажет.

Владимир Воронов

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*